После пригожинского бунта Кремлю нужно продемонстрировать силу. Это делает российские ядерные угрозы более опасными. Политолог Михаил Троицкий — о возросшем соблазне провокации
Спустя несколько дней с момента мятежа Евгения Пригожина представители российских властей вновь стали угрожать Западу ядерной войной. На этот раз это сделал зампред Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев.
В день бунта он говорил, что если «крупнейший арсенал ядерного оружия окажется под управлением бандитов, мир будет поставлен на грань уничтожения» — и на самом деле в странах Запада попытка переворота в России вызвала не злорадство, а беспокойство. Любая внутренняя дестабилизация в России воспринимается другими крупными державами прежде всего в контексте контроля над ядерным оружием.
Особенно с учетом того, что в российском экспертном сообществе уже фактически ведется дискуссия о допустимости применения Россией таких средств, что невозможно было представить всего несколько лет назад. Откровенно популистские угрозы, звучавшие в прошлом, сменились более продуманными и потому более пугающими заявлениями.
Экстремальная ситуация, в которую на сутки погрузил Россию мятеж ЧВК Вагнера, проливает новый свет на варианты развития событий в условиях российского ядерного удара.